"Боги Второго Мира" – фантастический роман Артема Каменистого, третья книга из цикла «Самый странный нуб».
Второй Мир – виртуальное пространство без нерушимых границ и строгих законов. Полная свобода действий в расплывчатых рамках игровых условностей. Плати и наслаждайся, а остальное не твоя забота, за всем проследят искины последнего поколения. Они неспособны ошибаться, их нельзя подкупить, они ни на шаг не могут уклониться от главных правил Вт...

На "самой легкой лодке в мире" отправляется в увлекательное путешествие по живописным северным озерам герой повести Юрия Коваля, писателя, знакомого многим читателям по "Приключениям Васи Куралесова", "опеску" и другим интересным произведениям. Рассказы, вошедшие в сборник, отличают юмор, лиризм, философия.

Где-то рядом играл патефон. Через распахнутое окно в комнату врывалось танго. Капитан Золтан Шимонфи сидел на спинке потертого кожаного кресла. Казалось, он слушал долетавшую в комнату музыку, пальцы отстукивали ритм танцевальной мелодии, между тем, незаметно для майора Ганса Мольке, Шимонфи пристально вглядывался в него. Немец — высокий, стройный, темноволосый — беспокойно шагал по комнате. У окна он остановился на одно мгновение и посмотрел на мокрые деревья парка.
Шимонфи вдруг остро ощутил горьковатый аромат осени, и ему стало грустно. Память воскресила их тогдашний разговор с женой. Он даже почувствовал, как дыхание Паулы коснулось его лица, как теплые ее слезы закапали на его ладони.
— Паула, милая, — прошептал он. — Успокойся.
Паула продолжала плакать, а Шимонфи не хотелось лгать ей.
— Ты согласен служить нилашистам? — спросила Паула.
— Я служу родине, Паула. Бог тому свидетель, я глубоко уважаю регента, но это уважение и привязанность…
...

Это самая главная книга Ричарда Баха. Он не придумал "Чайку". Он услышал ее целиком, и записал, и это полностью изменило его жизнь, и вот теперь вы можете прочесть эту чудо - сказку, которая как никакая другая книга на свете отвечает на самые важные вопросы: "Кто мы?" "Что мы здесь делаем?" "Куда мы идем?". "Чайка Джонатан Ливингстон" может изменить и вашу жизнь тоже.

Лётчик по имени Ричард Бах, потомок великого композитора Иоганна Себастьяна Баха, страстно преданный своему лётному ремеслу, а ещё автор малоизвестных романов, прогуливаясь однажды по берегу канала в Калифорнии, услышал слова "Чайка Джонатан Ливингстон". Голос, произнёсший эти слова, заставил лётчика сесть за стол, прокрутил перед его мысленным взором подобие киноленты, которую Ричард Бах запечатлел в словесных образах. "Кинолента" оказалась оконченной. Сколько ни пытался писатель дописать её собственными силами, дело не шло, пока спустя восемь лет тот же Голос не надиктовал продолжение и окончание притчи.

Эту версию появления "Чайки" сообщил сам Ричард Бах. Отвечая на вопросы многочисленных читателей, которые просили расшифровать метафизический смысл повести, он говорил, что добавить к написанному ничего не может, ибо, в отличие от романов, в "Чайке" ему не принадлежит ни строки.

...

Оливия Киттеридж» - одна из самых известных книг американской пистельницы Элизабет Страут. За эту книгу она была удостоена Пулитцеровской премии, испанской премии Libreter и итальянской Bancarella.Элизабет Страут сравнивали с Джоном Чивером, называли «Ричардом Йейтсом в юбке» и даже «американским Чеховым»; она публиковалась в «Нью-Йоркере» и в журнале Опры Уинфри «О: The Oprah Magazine», неизменно входила в списки бестселлеров но обе стороны Атла...

В 1891 году в Японии полицейский Цуда Сандзо попытался убить наследника престола Российской империи цесаревича Николая. Покушение не удалось, но с тех пор бывший "японский городовой" стал солдатом тайной войны, выполняющим приказы неведомых хозяев.
Загадочный предмет "Сверчок" ведет самурая Цуда Сандзо опасными дорогами. Он едет в Россию, где устраивает провокацию на Ходынском поле, взрывает броненосец "Петропавловск", спасает тяжело больную жен...

Блистательно смешные, необычайно остроумные, неизменно увлекательные. Рассказы, восхищающие уже несколько поколений читателей! Настоящий английский джентльмен сохраняет невозмутимость при любых обстоятельствах - и на сцене театра, и при стычке с ругами, и даже в столкновении с порождениями иного мира. Настоящий английский джентльмен никогда не теряет чувства собственного достоинства и смело идет навстречу любой опасности - даже самой нелепо...

Поэзия А. С. Пушкина – это неисчерпаемая коллекция образов, самых невероятных и столь знакомых нам чувств и ощущений. Это целый мир, созданный гением русской литературы А. С. Пушкиным, жизнь во всем великолепии и многообразии. Пушкина мы начинаем читать еще детьми, наслаждаясь красотой образов и речи, восхищаясь смелостью и добротой его героев. Становясь взрослее, мы непременно перечитываем его произведения, каждый раз открывая новые грани, казал...

В Москве идет охота на красивых людей: погибают актриса, телеведущий, манекенщик… Они никак не связаны между собой, и следствие скоро заходит в тупик: растворяются в тумане наемные киллеры, невиновные признаются в убийстве, которого не совершали, а настоящий преступник, напротив, выходит из зала суда за «остатком улик»…


Это полный провал. Оперативникам с Петровки Марии Каравай и Андрею Яковлеву такая череда неудач в новинку: они не могут отпустить нераскрытые дела, и, пытаясь нащупать «корень всех зол», обнаруживают тонкую нить, уходящую в «лихие 90-е», в те времена, когда жертв еще и на свете-то не было…


...

Если бы не чистая случайность, тот номер, что отколол ночью Франк Фридмайер, не сыграл бы в его жизни такой решающей роли. Франк, понятно, не предвидел, что в это время по улице пройдет его сосед Герхардт Хольст.
А Хольст прошел, узнал Франка, и все сразу изменилось.
Но Франк принимает и это, и прочие возможные последствия.
Вот почему то, что произошло ночью у стены дубильной фабрики, оказалось для него — и сейчас, и на будущее — куда важнее, чем, скажем, потеря невинности.
Кстати, это первое, что пришло ему в голову. Сравнение и позабавило, и разозлило его. Фред Кромер, его дружок — правда, тот постарше: ему уже двадцать два, — впервые убил человека еще елю назад у выхода из заведения Тимо, где потом Франк сидел за несколько минут до того, как притаиться у стены дубильной фабрики.
Можно ли считать то, что сделал Кромер, настоящим убийством? Застегивая меховое пальто и, как обычно, посасывая толстыми губами толстую сигару, Фред важно направлялся к выходу. Он весь лоснился. Он всегда лоснится. Как у апельсинов некоторых сортов, кожа у него толстая, плотная и словно маслянистая.
...